ТЕМА: лирика...

***
В меня стреляли много раз, но я летела,
Удары сыпались кругом, но я терпела,
И пересуды, и молва - я все сносила,
В ответ на подлость грубых слов не говорила.

Вокруг твердили - будь хитрей - я усмехалась,
Узнав потери, полюбить не побоялась,
Отнять хотели воздух - я дышала,
Напротив видя тьму - всегда сияла.

В минуты радости чужой я не корила,
В минуты горя - от беды не уходила,
Бежать хотела прочь и не сбегала,
Предательству в ответ не предавала.

Врагам не мстила, а всегда прощала,
И в грешниках несчастных узнавала,
Забыть просили - я не забывала,
Ведь в те минуты я себя искала.

Когда-то были крики, были споры,
Неверные поступки, разговоры,
Незримый груз сомнений, где-то стыд,
Порой казалось - разум вовсе спит.

Всем людям свойственно споткнуться, ошибиться,
Ругать себя и чем-то не гордиться...
Не стоит пробовать вернуть то время вспять -
Ты силы собери, начни опять.

Светлана Лунева

ЕВАНГЕЛИЕ ОТ СОСЕДА

Живет у нас один сосед,
На все имеющий ответ –
Такой ходячий глас народа
Лет сорока пяти от роду.

«Ну Путин наш, ну и болван!
Рулить не можешь – сдай наган!..
Ну кто играет так в хоккей?
Куда, дебил! Бери правей!..
Что за писатель Лев Толстой?
Читать нельзя, сплошной отстой!
Да я бы, если б не бомбил,
В сто раз бы лучше сочинил!
А современные писаки?
Кому нужны их, на хрен, враки!..
Да я в сортир хожу умней,
Чем брешет этот грамотей!..
Ну кто так водит самолет?
Последний лох, а не пилот!..
Эй ты, в «тойоте», сдай в кювет!
Права купил, а ездить – нет!
Че? Как сейчас в лобешник дам –
Узнаешь сразу, кто тут хам!..
Да знаю эти я науки!
Вот у меня реальный тест:
Осилишь литр в один присест?..
А бабы все – одни подлюки!..»

Извилин – как у карася,
Зато знаток всего и вся,
На чье лицо ни на мгновенье
Не набегает тень сомненья.
Самодовольный остолоп,
Непрошибаемый, как клоп,
Вооруженный бойким матом –
А то вдобавок и травматом.

У дочки в школе – твердый кол,
На сына пишут протокол,
Но может ли такой знаток
Смутиться этим хоть чуток?
Его мир шире, интересней;
Стаканом смыв всю эту плесень,
Он пребывает в высшей думе:
Что там сегодня брешут в Думе?
Чего вояки наши дрищут
Спалить Израиль в пепелище?..
Да я вот этими руками
Могу надрать очко Обаме!
А дали б мне на миг хоть руль,
Таких бы всем наклал пилюль!..

И знатоков такого рода
У нас уж чуть не полнарода!
До полноценной обезьяны
Всего-то и остался шаг:
Буквально перелечь с дивана
На подобающий гамак!..

Ну, может, я, под стать поэтам,
Чего-то и прибавил там…
Но разве ты с таким портретом,
Читатель, не встречался сам?
И даже заверну крамольней:
А дома, глядючи в трюмо,
Не наблюдал кого-то, больно
Похожего на это чмо?

Да, мы когда-то все учились,
Питая души и мозги,
Но нынче словно отцепились
От этой путеводной зги.
Все в жизни сделалось товаром,
А у товара нет души –
И для конечного навара
Тогда все средства хороши.
Не отоваришь – не наваришь,
И пусть полягут в эту гать
И отоваренный товарищ,
И отоваренная мать!
Пускай хоть вся страна поляжет
И расстегнется до пупа:
Чем в нас исподнее ни гаже,
Тем больше этого клопа!

Так вот во что свои старанья
Вложил министр образованья!
Вот для чего министр культуры
Наяривал свои структуры;
Зачем отряды демократов
Нам расщепляли мозг, как атом –
Чтоб эта конченная масть
И выбирала нашу власть!..
И хоть у них – своя канистра,
Но так и рвется с губ порой:
Что ж вы наделали, министры,
И напрудили под собой!..

И напоследок – для ответа,
Кто спросит, истину любя:
«Ты не с себя ль писал все это?»
Ну да, частично и с себя…

Александр Росляков

Я осень не люблю наполовину
Люблю лишь продолжение тепла
Я не люблю, когда мне дуют в спину
Холодные осенние ветра

Я не люблю когда дожди косые
Вгрызаются сосульками в дома
Но я люблю деревья золотые
На фоне ярко – желтого ковра

Люблю её багровые закаты
Задумчивый - неторопливый нрав
Грозы порой весёлые раскаты
Порою одиночество дубрав

Я не люблю когда насквозь промёрзший
Голодный и бездомный пёс
В отчаянье каком-то безнадежном
Ложится на дорогу меж колёс

Отбросив эту мрачную картину
Я словно перед выбором стою
Я осень не люблю наполовину
Наполовину осень я люблю.

Alexandr

Вот и лета последний виток
оборвался в ноль-ноль, и осень
забрела сентябрем на порог,
и темнеет примерно в восемь.

Это время незваных гостей -
серый дождь в окна с ветром рвется.
Люди пишут стихи, что не с тем
кто-то вновь провожает солнце.

Надоела до скрипа тоска…
И в природе, и в сердце — во всем.
Сколько можно топиться в слезах
утром, вечером, ночью и днем?
____________________________
Снова с неба вода струится…
Здесь трагедии нет и вовсе.
Ну, зачем же так хмурить лица?
Просто дождь. Наступила осень.

Зеленоглазая, 2013

до слез...

Спеша на грязные делишки,
По улицам крадясь, как вор,
Мать перебросила сынишку
Через детдомовский забор.

Он полежал в траве немножко
И от удара отошел.
Еще не мог он стать на ножки,
Но ползал очень хорошо.

Не покоряясь неудаче,
На четвереньки встав с трудом,
Он с не по-детски горьким плачем
Пополз искать свой новый дом.

Дождь моросил, и серый город
Как будто тоже тосковал,
Ведь мальчик ту, что за забором,
Когда-то мамой называл.

Еще вчера он прижимался
К ее рукам, к ее груди:
Еще вчера он улыбался,
Не зная, что там впереди.

Он, засыпая, строил планы:
В машинки утром поиграть.
Он не хотел вставать так рано,
Когда его будила мать.

Он звал ее, но понял скоро,
Что не добьется ничего.
Мать по ту сторону забора
Уже не слышала его.

И, продолжая громко плакать,
Ища уюта и тепла,
Заполз он в будку, где собака
Кормить щенков своих легла.

Собака в ужасе вскочила,
Готовая в борьбу вступить,
Не понимая, что случилось,
И как ей дальше поступить.

Взгляд, словно выстрел, но…осечка!
И жалость вытеснила злость.
Как будто горе человечка
В собачьем сердце отдалось.

Она не тронула мальчонку,
Почувствовав, что нет в нем зла.
И лаем дружелюбно звонким
Людей как будто бы звала.

Малыш покинул вскоре будку,
Доверившись чужим рукам.
Собака оказалась чуткой
Не только к собственным щенкам.

И будут темой разговоров
Всех лет, а может быть, веков
Мать по ту сторону забора
И мама шестерых щенков.

***
Зовут ветра и осень рвется в бой,
Дожди стучат прелюдией по стеклам,
И ты, как прежде, близок мне душой
В ворчании о том, что я промокла.

Вручаешь у порога теплый шарф,
Я протестую: на дворе плюс двадцать!
Ведь главное - согретая душа
И общие причины улыбаться.

Ты шепчешь свои тайны в листопад,
Кварталы манят запахом корицы,
Забыв о страхе пройденных преград,
Мы заполняем новую страницу.

Что было в днях минувших - то прошло,
Пускай твердят о чем-то вслед пророки,
Важней всего - забота и тепло,
Уютный дом, надежда и истоки.

Осенним голосом полна моя тетрадь,
Покой на сердце, а душа ликует...

Дождливый вечер - повод тосковать,
А я вот почему-то не тоскую.

Светлана Лунева

***
Чтоб дом был счастливым, наполненным лаской,
Я дам вам рецепт под названием «Сказка».
Несложный, но верный, его соблюдайте.
Согласны? Ну что же, тогда приступайте.

Шесть чашек ЛЮБВИ вы смешайте с ЗАБОТОЙ,
Три ложки ДОВЕРИЯ, чашку РАБОТЫ,
Две чашки ПРОЩЕНЬЯ и горсть ДОБРОТЫ,
Добавьте чуть ВЕРНОСТИ, нежной МЕЧТЫ.

Три чашки НАДЕЖДЫ и ДРУЖБЫ пол-миски,
Стакан УВАЖЕНИЯ к старшим и близким.
Две ложечки СМЕХА, немного УДАЧИ,
Щепотку ТЕРПЕНЬЯ. И ваша задача

Всё сдобрить УЛЫБКОЙ сердечной и ЛАСКОЙ,
И с утренним кофе подать эту «Сказку».

Татьяна Лаврова

Она:
Когда мне будет восемьдесят пять,
Когда начну я тапочки терять,
В бульоне размягчать кусочки хлеба,
Вязать излишне длинные шарфы,
Ходить, держась за стены и шкафы,
И долго-долго вглядываться в небо,
Когда все женское, что мне сейчас дано,
Истратится и станет все равно -
Уснуть, проснуться, или не проснуться...
Из виданного на своем веку
Я бережно твой образ извлеку,
И чуть заметно губы улыбнутся.

Он:
Когда мне будет восемьдесят пять,
По дому буду твои тапочки искать,
Ворчать на то, что трудно мне сгибаться,
Носить какие-то нелепые шарфы
Из тех, что для меня связала ты.
А утром, просыпаясь до рассвета,
Прислушаюсь к дыханью твоему,
Вдруг улыбнусь и тихо обниму.
Когда мне будет восемьдесят пять,
С тебя пылинки буду я сдувать,
Твои седые букли поправлять,
И, взявшись за руки, по скверику гулять.
И нам не страшно будет умирать,
Когда нам будет восемьдесят пять...

***
Людей несчастливых совсем не бывает.
Есть люди, что этого просто не знают,
Тоскливо живут, неумело, несмело,
Как будто им счастье давно надоело.

Проснулся, к примеру, - дождливо, ненастье.
Вдруг вспомнятся беды, обиды, несчастья...
А ты не грусти! Завтра солнечно будет,
И счастлив, кто мудро об этом рассудит.

Услышал ты звуки весенней капели,
- И должен почувствовать радость, веселье,
Что дожил до этого мига на свете.
И вновь пробужденья природы свидетель.

Работать не можешь? Не то уж здоровье?
Пришлось распроститься со страстной любовью?
Люби все живое, любуйся красивым
- И кто же тебя назовет несчастливым?

Коль света не видишь и с палкой гуляешь,
Но все ж аромат разнотравья вдыхаешь,
Дотронуться можешь к цветку и листочку,
На счастье не смеешь поставить ты точку.

Пускай недвижим ты, прикован к постели.
И жизнь еле теплится в немощном теле, -
Но разум и чувства с тобой остаются
- Ты должен счастливым уснуть и проснуться.

И боль, что порою тебя донимает, .
О том, что ты жив еще, напоминает. .
А раз это так, то сдаваться не надо -
И что тогда боль и любая преграда!

А если живешь ты здоровым, свободным,
Пускай не богатым, но все ж не голодным,
И ноешь, что счастья тебе не хватает,
Душа твоя попросту меры не знает.

Автор: Анатолий Копьев

***
Ты просто есть. Как солнце и жара,
Как свет, что мне принес ты ниоткуда.
И мне легко сегодня верить в чудо,
Как в то, что жизнь – не детская игра.

Ты просто есть. И в прошлом – пустота,
Обиды, боль и прочие ненастья.
Твои глаза мне снова дарят счастье
Забытого умения летать.

Ты просто есть. Пусть мой не легче путь,
А груз проблем – не сброшенная ноша.
Но ты ведь рядом, правда, мой хороший?
Пусть далеко… Но это на чуть-чуть…

Ты просто есть. Из сумерек и дня
Кроится ожиданье нашей встречи…
И, руки положив тебе на плечи,
Шепну: «Ты есть, любимый, у меня…».

Лариса Чен